Солтеру показалось, что Деджеранд уже говорил то же самое много раз и, как правило, перед большой аудиторией.
- Эй, слушайте! - загремел капитан, и его зычный голос без труда заполнил весь салон. В его обязанности входило кричать через мегафон над милей океана, дополняя тем самым сигналы, передаваемые флагами и лампочками. - Слушайте! повторил он. - Тунец на столе, большая рыба для больших моряков.
Улыбающийся стюард сдернул ткань с буфера, и все действительно увидели крупную жареную рыбу, длиной в мужскую ногу, с гарниром из морских водорослей. По салону прокатился голодный рык, капитаны бросились к громоздящимся стопкам тарелок и выстроились в ряд перед стюардом, который самозабвенно орудовал ножом и вилкой.
- В самых смелых мечтах я не допускал, что есть еще такие гиганты, - изумленно сказал Солтер Деджеранду. - Представьте только, сколько этот старик мог сожрать мальков?
Чужак мрачно ответил:
- Мы истребили китов, окуней, треску, сельдь, все, что, кроме нас, населяло море. Они поедали мелочь, одни пожирали других, и все это превращалось в плотное, вкусное мясо, вроде этого. Однако нам было жаль энергии, рассеивавшейся во время такой длиной цепи, и мы решили ограничить ее до двух звеньев: мелочь - человек.
Тем временем Солтер уже успел наполнить свою тарелку.
- Мелочь важнее, - ответил он. - Мы не можем зависеть от рыбацкого счастья. - Он радостно проглотил дымящийся кусок.
- Безопасность еще не все, - отозвался Деджеранд; он ел медленнее Солтера. - Ваш коммодор сказал, что вы склонны к безрассудству.
- Шутка. Думай он так, сразу лишил бы меня командования.
Коммодор подошел к ним сияющий, вытирая губы платком.
- Удивлены, а? - спросил он. - Наблюдатель с корабля капитана Глазго заметил вчера этого гиганта на расстоянии в полкилометра. Он сообщил мне, а я велел ему спустить лодку и подплыть ближе. Они подкрались, пока он жировал на поверхности, и добыли его гарпуном. Для нас это очень выгодно: убив его, мы сэкономили запасы и смогли устроить пир для моих капитанов. Ешьте на здоровье, может, это последний, которого мы видели.