— Может, скажем, что во всем виноват Анакин? — сказала Джайна. — Ведь он сделал дройда, и, в конце концов, все произошло из-за него. Разве нет?

Их маленький брат, успевший сложить груду кубиков в аккуратный штабелек, посмотрел на брата и сестру с тревогой и некоторым удивлением. Однако, с учетом происшедшего, вид у него был какой-то на удивление спокойный. Анакин был загадкой для брата и сестры.

— Нет, — возразил Джесин. — Нельзя им ни о чем рассказывать. Если они узнают, на какие чудеса способен Анакин, все пропало.

Для Джесина и Джайны слова «им», «они» означали взрослых, «команду противника». У взрослых на уме одно — помешать Джесину и Джайне, а задача двойняшек — перехитрить взрослых. Джесин прекрасно понимал, что иногда, чтобы победить в войне, некоторые сражения приходится проигрывать. Если взрослые узнают о способностях, которыми наделен Анакин, на время это выручит их обоих, но тогда «предки» примут какие-нибудь меры в отношении их младшего брата, и двойняшки окажутся внакладе.

— Нельзя, чтобы взрослые узнали про Анакина. И потом, он ни в чем не виноват. Мы же сами упрашивали его помочь нам с этим дурацким дройдом. Будет нечестно, если ему влетит.

— Ну ладно, — недовольно проговорила Джайна. — Наверное, ты прав. Но как мы объясним, откуда взялось вот это.

Джесин пожал плечами и, ткнув носком ботинка в груду обгоревшего хлама, признался:

— Пожалуй, никак.

— А ты попробуй объяснить, — раздался чей-то голос сзади.

Мало кто мог войти в комнату так, чтобы Джесин этого не заметил. И лишь один человек из этого числа людей мог оказаться поблизости от Императорского дворца. Даже если бы он не узнал голоса этого человека, Джесин тотчас бы понял, кто это. Подросток почувствовал одновременно и тревогу и облегчение.

— Привет, дядя Люк, — отозвался он, оборачиваясь. Если уж их поймали с поличным, то слава богу, что их застукал именно дядя Люк.

— Здравствуйте, дядя Люк, — таким же упавшим голосом произнесла девочка.