— Что-о? — тётка посмотрела на меня уничижающим взглядом, — Твоё какое дело, безродная? А ну, живо исчезла отсюда, пока я тебе морду не разбила!

Давно я не слышала подобных оскорблений, и тем более, отвыкла от примитивных угроз. На стоящем возле дверей трюмо, лежал кухонный нож, которым Анна Ивановна обычно счищала шкурки с яблок. Не помня себя от злости, я схватила его и замахнулась, словно в руке был Меч. В глазах потемнело от ярости, разум затмила ненависть. Сделав вслепую пару шагов, я уткнулась в спинку кровати. Степанида завизжала, словно молочный поросёнок, и кинулась прочь.

"Вот дура, — проскрипел Меч, — Неприятностей захотелось?"

Пелена спала. Соседка ошеломлённо смотрела на меня.

— У тебя кровь, Найяр, — шёпотом произнесла она.

Я медленно подняла левую руку — действительно кровь. Видимо, сама себе заехала, когда ножом размахивала. На полу образовалось маленькое красное озерцо. Кровь живым ручейком сбегала от раны к локтю и капала. Боли не ощущалось, только злоба.

— Перекисью обработать надо и перевязать, — соседка, держась за сердце, медленно встала с кровати и подошла к шкафчику.

Достав аптечку, она вынула пузырёк с лекарством себе и бинты для меня.

— Дай руку, — Анна Ивановна села обратно на кровать.

От пережитого стресса она еле-еле держалась на ногах. Я подошла и села рядом на пол. Анна Ивановна положила мою руку себе на колени. Кровь тут же запачкала её халат.

— Я постираю потом, — мне стало неловко.

— Пустяки, — Анна Ивановна посмотрела в мои глаза и заплакала.

Горячие слезинки пожилой женщины упали на мою рану и смешались с кровью. То, что произошло далее, не ожидали увидеть ни я, ни Феликс, ни тем более соседка. Шипя и пенясь, кровь и слёзы стали испаряться, образуя лёгкую дымку. Еле заметный туман окружил нас. Анна Ивановна вдохнула его полной грудью, закашлялась и потеряла сознание. Я тоже.