- Пошёл вон, - с невыразимым презрением сказал старик.

Иосиф стоял у столба, неспособный двинуться с места.

- Кому сказал? Пошёл вон отсюда. Выход там, - старик мотнул головой куда-то в сторону.

- Я... я требую объяснений, - пролепетал профессор.

Йорг Визель неожиданно расхохотался.

- Ausgezeichnet! - наконец, выговорил он, вытирая выступившие слёзы. Что делает с людьми воспитание! Вы, кажется, недовольны тем, что не пригодились? А кто, интересно, сказал вам, что вы еврей?

Яйцо саламадры внезапно вспыхнуло оранжевым светом.

- Полюбуйтесь, - мрачно заметил Визель. - Сейчас она вылупится - и умрёт, не найдя подходящей пищи... Так с чего вы взяли, что вы еврей? Кто вам это сказал? Мама? Покажите мне вашу маму!

Яйцо засияло красным, потом окуталось радужной дымкой. Внутри светового кокона раздался тихий звон.

- Лопается оболочка... Как же я не учёл такой простой возможности! Вся семья погибла в концлагере. Какой ужас. А может быть, молодой мадьярке просто нужно было сбежать из дому? В Америку, например? Тогда так делали многие. В послевоенной неразберихе так просто было выдать себя за сироту. Потом прибиться к еврейской общине. И лгать всю жизнь. То-то вы так тонко чувствуете ложь... Кстати, ваш официальный отец - еврей?

- Еврей... - Иосиф никак не мог прийти в себя.

- Интересно, зачем она тогда родила ребёнка от какого-то поляка? Или русского, я не разобрал... Наверное, это такое изощрённое проявление антисемитизма. Всю жизнь жить с евреем, ненавидеть его и себя, и рожать детей от случайных любовников - какой сюжет для дешёвого романа! И не кривите губы, - старик демонстративно отвернулся. - Как и все существа моей расы, я чувствую кровь. Вы - полумадьяр-полуславянин. В вас нет ни капли еврейской крови. Кроме того, - с удовольствием добавил он, - вы плохой историк. Я читал ваши статьи ещё и для того, чтобы выяснить, стоит ли пускать вас в расход...