Вовремя. С обоих плеч голиафа сорвалось по ракете, дымные полосы протянулись к камню, где только что был десантник. Джим едва успел забиться в крошечную щель за соседним камнем - и тут же над головой брызнуло пламя и каменная крошка. По скафандру застучали осколки, едва не пробив защитный пластик. А скалы вокруг уже рубили разрывные пули из двух шестиствольников голиафа.

Слева сверху - там была Кэрриган - снова тяжело ухнуло. И выстрелы прекратились.

Джим вынырнул из щели.

Голиаф застыл на одной лапе. Вторая судорожно подрагивала.

Это "дух" вдарила в "нервный" узел на боку жестянки электролитической пулей. От разряда конденсатора в пуле электроника голиафа зависла - и теперь перегружалась. На несколько секунд голиаф стал безвреден и беззащитен.

Джим бросился к нему, вскидывая карабин.

- Справа! - крикнула Кэрриган.

Джим уже и сам заметил - но поздно.

Второго огнеметчика он не задел. Тот укрылся за камнями - а теперь выстрелил.

Струя огня покатилась по каньону. Джим только успел нырнуть за камень - и тут волна накрыла его. Скафандр вспучился, вскипая. Но выдержал. Краем глаза Джим увидел вспышку - Кэрриган снова выстрелила.

И к стонам раненого Лука и отборному мату Алана присоединился вопль Гая:

- Ы-ы-ы!! Моя рука!!

Все. Теперь можно.

Джим вынырнул из-за камня, упал на колено, прижал карабин к плечу и вжал курок. В плечо застучало. Раз-два-три! По "нервному" узлу голиафа на правом боку прокатилась волна искр. Раз-два-три! Еще волна. Но защитный чехол держал удары пуль.

И тут - шестым чувством, еще раньше, чем увидел разворачивающиеся на себя дула пулеметов - Джим понял, что системы успели перегрузиться. Метнулся в сторону - и тут же в уши ударил грохот, а за ногами протянулась дорожка от разрывных пуль. Алан снова контролировал механику и палил из двух пулеметов, дважды по три тысячи девятимиллиметровых пуль в минуту...