Над костром шипели маслом остатки двух кроликов, от мясного аромата у Джерра свело челюсти. По кругу ходила фляга с разбавленным вином.

- ... и там нет никаких пунктов, - неспешно рассказывал волхв. - Ни пронзающего опыта, ни локальных параметров.

Оба гнома охали и кряхтели, слушая волхва, мотали на кулаки седые бороды. Варяг угрюмо тряс головой. То ли еще не отошел от мухоморов, то ли так на него действовали смущающие ум сказы волхва.

- Такой вот мир, - говорил волхв. - Корневой называется.

- Странное название, - гнусаво сказал гном.

- Я же говорю, Гури, это особенный мир! - воскликнул волхв. - Все остальные миры появились из него. И если попасть в корневой мир, то любой другой мир можно изменить, как тебе только захочется. Даже совсем разрушить. Или создать совершенно новый.

- Мать моя гномиха! - Гури ошалело покрутил седой головой.

Джерр и Кэриан затаились за большим дубом на краю поляны, прислушиваясь.

- Что-то здесь не так, Кэри, - шепнул демон. - Очень уж они расслаблены... Слишком громко говорят... Может, не надо?

- Не дрожи, трус, - презрительно зашипела эльфийка. - Не тебе идти с ними говорить.

Кэриан вышла из-за дуба и нарочито громко кашлянула.

Лучник-помощник на страже вздрогнул, вскинул лук, натянув тетиву. Но узнал сестру по крови, опустил лук.

- Густого леса, - кивнул эльф.

- Высокой травы, - откликнулась Кэриан.

Остальные на поляне замерли.

Кэриан вышла из лесной темноты к костру.

- Свети всегда вам свет, - нараспев проговорила эльфийка хрустальным голоском и приветливо улыбнулась.

- И тебе никогда не остаться во тьме, - с сомнением протянул волхв, подозрительно разглядывая пришелицу.

Кэриан присела у костра. Берсерк-герой сразу же ожил, прошелся цепким взглядом по ее хрупкой фигурке - и сладострастно оскалился. А вот гномы только хмурились.