Наконец поиск был завершен. Призрак повис перед одним из стоящих в нише, сорокалетним воином с нашивками командира десятки и иссеченным шрамами лицом. Пальцы гоблина были перемазаны красным, что отличало его от других стоящих в нишах фигур, придавая особо зловещий вид.

— Акут-Аргал, — произнес призрак неожиданно глубоким баритоном. — Проснись, ты нужен Повелителю.

Гоблин открыл глаза и прищурился, изучая висящий перед ним в воздухе светящийся комок. Он никогда раньше не видел ничего подобного, что, впрочем, нимало его не волновало. Гоблины мало чего боятся и — в отличие от представителей рода человеческого — не воспринимают наличие Неведомого как личный вызов.

— Нужен так нужен, — легко согласился он. — А чего делать-то?

Еще через четверть часа призрак погас, и в пещере наступила полная тьма, полная шорохов, скрежета и сдавленных проклятий. Наконец вспыхнул огонь.

— Хорошо, что в фонаре сохранилось масло, — сказала Лирток-Ага, щурясь на яркое пламя. В желтом свете фонаря ее лицо казалось почти человеческим, по крайней мере когда не было видно зубов. — А то пришлось бы в темноте работать — свихнуться можно… Я готова.

— Готовы, — нестройным хором подхватили остальные гоблины и направились к нишам в противоположном конце пещеры. Они не боялись, однако особой уверенности, похоже, тоже не испытывали.

В этих нишах гоблинов не было. Стояли здесь люди, эльфийка и гном, и именно гном вызывал у гоблинов опасения. Они остановились, переминаясь с ноги на ногу.

— Надо так надо, — философски заметил наконец Акут-Аргал.

— А может, девочку в заложники? — спросила Генора-Зита, вторая из двух женщин в гоблинской девятке. — На первое время? Или руки связать?

— Девочку и руки, — весело сказал Лирток-Каг. — А по мне, так и ноги, этот мальчишка, — он показал пальцем на стоящего в одной из ниш паренька, — и без рук опасен, я видел на острове, как он дерется.