— Я уже спрашивал этого… Акут-Аргала. — Роджер предпочитал не смотреть в сторону несчастного гнома. — Не удастся. И… Уна?

— Что?

— Спасибо, что пошла с нами.

Девушка оторвалась от созерцания Кирка и невесело усмехнулась:

— Пожалуйста. Только…

Договорить она не успела. Кирк и Акут-Аргал катались по полу, а остальные пытались их разнять. От зычного рева гнома по пещере пошло гулять эхо, и Роджер начал беспокоиться, как бы он не перебудил остальных гоблинов, из числа, не имеющих отношения к Великому Программисту. Порубят в капусту…

Наконец дерущихся разняли. Лоб гоблинского командира украшала теперь свежая ссадина, а под левым глазом красовался внушительных размеров синяк. Зато в зубах у него был клок зеленого с золотом мочала, и именно на это мочало с растущим подозрением смотрел сейчас Кирк. Затем он скосил глаза вниз, на свою бороду, завитую почему-то в косички и радующую глаз всеми цветами радуги, так же как и несколькими в нормальной радуге отсутствующими. На то, что было раньше его камзолом. На руки, расписанные сценами из интимной жизни троллей с эльфами. Наконец, на штаны…

— Готов, — задумчиво сказал Акут-Аргал, наблюдая, как его подчиненные приводят в себя потерявшего сознание гнома. — А ведь самого главного он еще не видел…

Тут Кирк застонал, открывая глаза, и гоблины поспешно шарахнулись прочь, закрываясь людьми и Тиал и с любопытством выглядывая у них из-за спины.

— Возьми топор, — сказал Кирк Акут-Аргалу. — Защищайся.

— Ты мне нужен живым, — последовал ответ. — Если хочешь, могу принести тебе извинения. Мне не жалко…

Глава 3

— Они не отстанут, — сказал Pop, ни к кому, в частности, не обращаясь, но Зул принял это на свой счет.

— Мы и так потеряли почти половину отряда, — мрачно подтвердил он. — А впереди еще эти дурацкие кусты… — Он приподнялся в стременах и посмотрел назад, туда, где двигались, с оружием наголо, его воины, щелкали кнуты надсмотрщиков и полуголые рабы волокли по выжженной солнцем степи стальной ящик пяти метров в длину.