На лице «Дырявой шеи» отразилось полное недоумение. Нежелание человеческого самца трахаться было за пределами его понимания.

Скотт увидел этот взгляд и неверно истолковал его. — Дэвид — новичок. Тот, которого вы недавно привезли.

«Дырявое горло» удивленно уставился на него. Конечно же, он подумал, что Скотт потерял рассудок, и ему не терпелось прикончить эту человеческую особь на месте. Во всяком случае, ему нужны были помощники в селекционном центре, присматривать за женщинами. Новый ходячий мертвец во многом помог бы ему с рабочим графиком.

Скотт сжал зубы, придавая твердости своим словам. — Понимаешь, мы — геи. Мы только хотим побыть часок наедине, поспариваться так сказать по-своему. Только один раз, — выпалил он.

«Дырявая шея» осклабился. Вместо смеха из остатков его трахеи раздалось мерзкое клокотание. Он покачал головой и, схватив Скотта, потащил его к выходу из загона.

— Подожди! — взмолился Скотт. — Ты же не знаешь, что я предлагаю тебе взамен.

«Дырявое горло» замешкался. Пленниками не разрешалось питаться, пока они не нарушали правила или сами не предлагали свои нежизненно важные части тела. Скотт был далеко не обычным пленником и понимал, что «Дырявое горло» получает удовольствие от такой необычной и постыдной для человеческого самца просьбы.

— Можешь послать с нами своих людей, чтобы мы не сбежали. Прошу только один час.

Мертвец жестом спросил, что он получит взамен, показывая, что такое пренебрежение правилами стоит дороже.

— Мои ноги, — решительно сказал Скотт. — Обе ноги. Они твои. Они мне не нужны, чтобы спариваться. А если я вдруг умру, ты получишь преданного сторожевого пса, пока я не сгнию от жары.

«Дырявая шея» поднял вверх пальцы, показывая, что с ними пойдут два охранника, а не один. Затем жестами добавил, что это будет первый и последний раз.