Близился вечер, но солнце все еще основательно давало о себе знать, и у всадника промелькнула мысль, что он и сам не отказался бы освежиться таким образом. Сперва он смотрел на округлые, очень женственные бедра, покачивающиеся под юбкой, — что ни говори, а сидеть ей было на чем… Потом, утомившись, он уставился в спину девушки, погрузившись в глубокую задумчивость.

Вскоре ему предстояло достичь цели своего путешествия… и он очень этого боялся. Соображения, убедившие его отправиться в путь, казались разумными там, в Роллайне. Но прошло время, он проехал по пересекавшему пущу тракту… О да, тракт! Он много раз слышал о дороге через горы Громбеларда, ведшей к старой столице этой провинции, — якобы это была худшая из всех дорог в Шерере, лошади ломали на ней ноги… Теперь ему казалось, что усеянная выбоинами тропа, извивающаяся среди болот, должна быть очень на ту дорогу похожа. Что он, собственно, тут делает?

Да, он добрался до края, отрезанного от Роллайны, от Дартана, да и вообще от всей Вечной империи. Полосы Шерни, вне всякого сомнения, забыли об этой земле. Возможно ли, чтобы этот кусок мира и в самом деле представлял такую ценность? Когда приводились цифры, все казалось ясным. Но путешествие через лесные дебри учило многому — и порождало серьезные сомнения. Действительно, стоимость земли под посевы легко оценить — столько-то и столько-то мешков зерна, которое пойдет по морю на Гарру или в Громбелард. Но здесь? Как, собственно, подсчитать, чего стоят леса, которых никто до конца не преодолел? И еще эта поляна — достаточно большая, чтобы вместить собственные леса, холмы, реки и поля, дороги, мельницы… Сей Айе. Он поднял взгляд и посмотрел вокруг, машинально ища границы этого пространства, смыкающиеся со всех сторон заросли. Глубоко задумавшись, он сперва не понял, что видит, а когда понял — невольно дернул за поводья, осаждая коня. Несколько мгновений он сидел неподвижно, чувствуя, как сильнее забилось сердце.