- И почему ты не вернулась в Армект? - укоризненно спросила она себя, переводя дух. - Под прекраснейшее небо Шерера! Весна! Знаешь, как там теперь выглядят равнины?

Она их еще помнила...

Однако немного поев, она оседлала коня и двинулась дальше.

Она проехала не больше мили, когда - сквозь шум опять зарядившего дождя - услышала за спиной спешное чавканье копыт по дорожной грязи. Встречи на этом тракте вовсе не были редкостью по той простой причине, что это был единственный тракт во всем Громбеларде. Однако редко кто несся по нему вот так, галопом. Уж слишком часто лошади ломали себе ноги на этой "проторенной дорожке", и далеко не каждый зависел от коня так мало, как она.

Она увидела солдата, похоже, хорошего наездника, на добром коне. За собой он вел еще одну прыткую лошадку.

Окинув взглядом всадника, она пришла к выводу, что запасная лошадь как раз сейчас и пригодится. Конь, на котором сидел молодой воин, был загнан почти до смерти. Солдат сам был едва жив.

- Ты что, всю ночь напролет галопом мчался? - удивленно спросила она, оглядывая парня с ног до головы. На нем не было доспехов, один мундир. Наверняка это гонец гарнизона, из тех, кто действительно готов сломать себе шею на этой дороге что днем, что ночью. Их служба считалась довольно легкой, поскольку они никогда не принимали участия в обычных патрулях и, как правило, торчали в гарнизоне, изнывая от скуки, но только до поры до времени... Мало кому было известно, как много этих ребят бьется насмерть на тракте, вылетев из седла, если конь случайно споткнется о кочку, и какой может оказаться цена за отчаянную гонку.

Сколько таких одиноких всадников просто прирезали по дороге? Ради коня, ради оружия, ради забавы...

Выше в Горах, к северу от Бадора, курьерскую службу, как правило, несли коты. Потому что той дороге только название - дорога. Между Бадором и Риксом еще как-то скрипели, хотя и с трудом, повозки, полные товаров. Но из Бадора в Громб и Рахгар груз можно было доставить лишь одним способом: по частям, на спинах мулов. Но даже и эти выносливые в горах твари порой срывались с узкой крутой тропы, которую - неизвестно почему - именовали трактом.