- Тебе удобно? - заботливо спросила она, придерживая лошадь.

- Шлю-уха, - заикаясь, простонал он.

- Вовсе нет! - торжествующе заявила она. - Будь я шлюхой, ты держал бы свою лапу там, где держал, и башка осталась бы целой!

Она обождала, пока вторая лошадь с беспомощной ношей не поравняется, затем вынула ногу из стремени и с превеликим удовольствием пнула его выставленный зад.

Каренира превосходно себя чувствовала, как ни разу за год с лишним!

Она поехала дальше, снова пропустив вперед вьючную лошадь, раздумывая над тем, не перейти ли ей на легкую рысь. Недалеко был Рикс, но в таком темпе она доберется до города только к утру, если не позже.

Ее не беспокоило, откроют ли ей ворота. "Куда денутся, откроют даже посреди ночи! Не каждый же день кто-то привозит топорника легиона с торчащей к небу задницей".

Но чтобы перейти на рысь, следовало бы изменить положение "поклажи". Иначе он наверняка сползет.

Ей было лень.

- А может, и пускай себе сползет? - сказала она сама себе, широко зевнув.

Где-то позади, на тракте, послышался топот копыт. Она нахмурила широкие черные брови, прислушиваясь к его приближению. "Одинокий всадник", отметила она про себя, но все же поправила на бедрах трофейный пояс с мечом и чуть отодвинула плащ, чтобы было легче дотянуться до оружия.

В дождливых вечерних сумерках фигуру всадника можно было различить с большим трудом. Но стоило ему остановить коня и откинуть капюшон плаща, как она узнала лицо, которое мельком видела в "Приюте". У него были светлые волосы и разноцветные усы. Выглядел он вполне достойно, не вызывая никаких сомнений.

Откинувшись в седле, она терпеливо ждала.

- Что за встреча! - сказал незнакомец.

Рот ее раскрылся сам собой.

- Случайная, - после мгновенного замешательства ответила она.