Гаррик усмехнулся, глядя на короля, делая вид, будто не заметил насмешливых ноток в голосе человека, жившего не одно тысячелетие назад.

— Мой отец не так меня воспитал, чтобы я пренебрегал своими обязанностями и прятался за чужими спинами. Да и не по душе мне поручать кому-то работу, с которой я в состоянии справиться сам.

Карус рассмеялся.

— Тебе мог достаться худший отец, чем Рейзе, — воскликнул он. — Но лучший — вряд ли…

Он перевел взгляд на фигуру внизу. Тело Гаррика ловко управлялось с мечом. Люди, охранявшие резиденцию мастера Латиаса, богатого купца, давшего приют Гаррику и его друзьям в Эрдине, наблюдали за упражнениями с одобрением и профессиональным интересом.

— Правая нога у тебя — ведущая, — жестом указал Карус на тело своего потомка. — Однажды сообразительный противник заметит, что нога начинает движение мгновением раньше, нежели рука с мечом. А в следующий момент ты обнаружишь острие его меча у своей груди, прежде чем твой собственный придет на выручку.

— Я устал, — произнес Гаррик. — То есть, я хочу сказать, мое тело устало.

Карус улыбнулся, но в его серых глазах блеснула сталь.

— Это ты только думаешь, что устал, парень, — мягко проговорил он. — Когда столкнешься с настоящим противником — вот тогда и поймешь, что за штука — усталость.

— Извини, — пробормотал Гаррик. Но, даже извинившись, он все еще ощущал неловкость. Оправдывается, вместо того, чтобы внимательно слушать все, что ему говорят. Он усмехнулся. — Когда жнешь, используешь примерно те же группы мышц, однако пшеница никогда не пытается ответить ударом на удар. Буду тренироваться, пока не достигну совершенства.

Выражение лица короля смягчилось, он снова рассмеялся.