– Удивительно, – вздохнул врач, – множество действительно больных людей не обращаются за элементарной медицинской консультацией. В то время как вы – самый здоровый пациент, какого я видел. Но, полагаю, это ваше дело.

Виктор заехал в тир поупражняться часок в стрельбе из пистолета, затем отправился к коллеге-детективу. Договорившись, что тот возьмет на себя два незаконченных дела о мошенничестве, он вернулся наконец домой. Здесь он долго висел на телефоне, пока не дозвонился до Юсуфа Батруни, который взволнованно кричал в трубку:

– Мой мальчик, мой мальчик, это так благородно, что ты...

Покончив с необходимым, Хассельборг перешел к приятному: он опять пригласил Александру Гаршину в ресторан.

– Последняя встреча перед отлетом, дорогая.

– Так скоро?

– К сожалению. Я предпочел бы подождать следующего корабля, но в этом деле решаю не я. Сейчас капитан – старик Джо Батруни, а я – всего лишь третий механик. Провожу вас домой после ужина и отправлюсь к себе паковаться.

– Могу я помочь вам?

– Не стоит, – он улыбнулся, чтобы стереть с ее лица обиженное выражение. – Еще выдам вам ненароком какую-нибудь профессиональную тайну.

– О! – только и сказала она.

Разумеется, настоящая причина заключалась не в этом. Просто девушка привлекала его все сильнее и сильнее, и он не был уверен, что сможет заниматься упаковкой вещей, если...

Наверное, оно и к лучшему, что он улетает. Весь день в его мозгу шевелилась предательская мысль: не надо искать ни Фаллона, ни его легкомысленную спутницу. Съездить на Плутон, вернуться, покаяться перед Батруни и приступить к активному ухаживанию за Александрой. Но нет! Он, конечно, не рыцарь без страха и упрека, но собственный кодекс чести у него имеется. Хотя в течение своей карьеры он стал свидетелем массы неблаговидных дел и даже принимал участие в некоторых из них, все же в вопросе отбивания чужих жен он оставался консерватором. И тому были свои причины.