Когда Тата уходила домой (происходило это ровно в девять, как велела Алиса), Олег и компания, по недостатку других тем, обсуждали Тату.

- Приколитесь, Малая сказала, что после школы пойдет в университет! - лелея прорезавшуюся в голосе хрипотцу, говорила девушка Анжела. Устроив между резцами пузатую, с белой полосой семечку, она хищно разгрызла ее.

- Работать? - спрашивал Веталь, восьмиклассник с безбровым лицом и шрамом на стриженной ежиком белявой голове.

- Дурак, учиться.

- На кого?

- На биолога, говорит.

- Брешет.

- А чего, у нее родаки богатые.

- Богатые? Да у нее даже мобилы нету!

- А деньги есть. Я ее вчера попросила занять две тысячи рублей, дала.

- Тоже мне - две тысячи.

- Олежа вот не дал, - Анжела кокетливо прищурилась. Получилось шлюховато.

- Да он и так всем должен. Будет он еще тебе давать. Да, Олежа?

- Разбежалась, - басил Олег, вырисовывая прутиком на песке скалящуюся рожу.

Так они и беседовали, оставляя после себя черную подсолнечную шелуху, неумелые, напитанные слюной окурки и плохие воспоминания.

- А давайте над Малой приколемся? - предложила однажды Алла, обладательница взрослого, по-бабски угрюмого лица с широким непородистым носом.

- Типа? - с особой, вопросительно-утвердительной интонацией поинтересовался Веталь.

- Типа Олежа ей назначит свидание. Эта придет. А мы будем смотреть и прикалываться.

- Ив чем прикол? - в голосе Веталя звучал скепсис, который апологеты рабочего класса склонны звать здоровым.