Но Советник и Капитан Стражи… Идиоты, у которых яйца, должно быть, отсохли! У обоих слезы стояли в глазах (!), когда они провожали Доротею до кареты! Как они могли поверить, будто она все эти века находилась во власти придуманного заклинания, будто никогда не наслаждалась причинением страданий, болью своих жертв?

Разумеется, его дорогая матушка весьма убедительно изобразила раскаяние и искренность. Но Картан не поверил ей ни на мгновение. Любой мужчина, которому доводилось ублажать Доротею в постели, не поверил бы ни единому ее слову. Деймон уж точно, по крайней мере.

Деймон. Сын Повелителя… Что ж, это объясняло многие странности в его «кузене». На протяжении всех этих лет, что Деймон воспитывался, обучался и жил при дворе Доротеи на правах бастарда… Знала ли она уже тогда? Должно быть, да. Значит, Повелитель вряд ли питает пламенную любовь к Верховной Жрице Хейлля.

Эти размышления вернули Картана к собственным проблемам.

Таинственная болезнь, начавшаяся почти тринадцать лет назад, по-прежнему пожирала его изнутри. Все остальные мужчины, наслаждавшиеся тайными играми в Брайарвуде, уже отошли в мир иной. Будучи хейллианцем, представителем одной из долгоживущих рас, Картан пока не погиб, — а возможно, причина заключалась в том, что с того дня он не рисковал возвращаться на Шэйллот. Но Картан чувствовал, что время неумолимо истекает.

После того как несколько недель назад открылась связь между таинственной болезнью и развлечениями, предоставляемыми мужчинам в Брайарвуде, он начал думать — точнее, лишь в те моменты просветления, когда кошмары оставляли в покое истерзанный разум, позволяя связно мыслить, — и пришел к заключению: Целительницы достаточно сильной, чтобы помочь Картану прежде, чем болезнь окончательно сломит его, нет в Террилле.