— Я поплыву с тобой, — сказал он.

— Хо! Нъяга! — приказала Белит. — Приготовьте снадобья и перевяжите раны своего господина. Всем остальным перетащить добычу на палубу, да поживее! Пора плыть дальше.

Конан сидел на корме, а старый колдун промывал многочисленные раны на его руках и ногах. Груз с «Аргуса» пираты погрузили в трюм. Трупы погибших бросили за борт на радость акулам. Убрали абордажные крючья, и «Аргус» бесшумно погрузился в красные от крови воды. А «Тигрица», подгоняемая ритмичными ударами весел, направилась на юг.

Белит взошла на корму, резким движением сбросила набедренную повязку, оставшись совершенно обнаженной, и крикнула своей дикой орде:

— О, волки синих морей, смотрите на танец, брачный танец Белит, предки которой были королями Асгалуна!

И она закружилась, как смерч, как искры костра. Ее стройные белые ноги едва касались окровавленной палубы, а умирающие пираты, глядя на нее, забывали о смерти. И когда на небе появились первые звезды, со страстным криком она бросилась к ногам Конана, который горя от неутолимого желания прижал обнаженное тело Белит к своей груди…

2. ЧЕРНЫЙ ЛОТОС

Когда в Граде Мертвых сокровища блеск Она ненасытными ела глазами Вселился в меня злобной ревности бес, Как будто кто третий вдруг встал между нами.

Песнь о Белит

Без устали кружила «Тигрица» по морям, и дрожали от страха черные деревни. Гремели по ночам тамтамы, передавая весть о том, что морская дьяволица нашла себе возлюбленного, который в гневе страшнее раненого льва. А уцелевшие в битвах мореходы страшными словами проклинали Белит и белого воина с жестокими голубыми глазами. И вот однажды «Тигрица» бросила якорь у устья широкой реки, окруженной мрачными таинственными джунглями.

— Это река Заркхеба, что означает «смерть», — сказала Белит. — Ее воды ядовиты.