Гуда в который уже раз окинул восхищенным взором ясный горизонт в розовых отблесках вечерней зари, золотистые гребни волн и белоснежных чаек, которые с пронзительными криками носились над морской гладью. Жара спала, сменившись легкой предвечерней прохладой. Одноэтажное здание трактира отбрасывало на ярко-желтый песок косую продолговатую тень. Из груди Гуды вырвался долгий, счастливый вздох. Поистине, он ныне обладал всем, о чем только мог мечтать человек его звания. Он не дерзнул бы даже помышлять о большем. Напротив, у него были все основания считать, что судьба обошлась с ним на редкость милостиво, одарив на склоне лет пусть скромным, но надежным достатком, подругой жизни, покоем и уютом, а также возможностью каждый вечер любоваться солнечными закатами.

Внезапно у самого края горизонта появилась темная точка. Стоило ей там возникнуть, и в сердце Гуды закралось тревожное предчувствие, сродни безотчетному страху, от которого по коже старого воина пробежал озноб и которое все росло и росло по мере того, как точка увеличивалась в размерах. От былого благодушия трактирщика не осталось и следа. Он напряженно вглядывался вдаль блеклыми голубыми глазами, нисколько, впрочем, не утратившими былой зоркости, и вскоре ему уже удалось рассмотреть неведомого путника, фигурка которого лишь поначалу являла собой некое подобие крошечной черной точки, и убедиться, что незнакомец быстрым шагом следовал как раз по той дороге, которая вела к порогу "Зубчатого Гребня". Путник был мал ростом, тщедушен и настолько кривоног, что издали казалось, будто он каким-то немыслимым образом передвигается верхом на огромном прозрачном мяче, обхватив его хилыми, тонкими ножонками. Теперь Гуда без труда мог уже различить заплаты на грязном и надорванном у подола голубом балахоне нежданного гостя, а также безошибочно угадать в нем исалани - жителя небольшого государства, именуемого Исаланом и находящегося у южной окраины Империи Великого Кеша. Левое плечо странного путника, при ходьбе опиравшегося на длинный деревянный посох, было стянуто черным кожаным ремнем заплечного мешка.