- Полагаешь, мы должны вернуться? - настаивал я. Баррич откинулся назад в кресле, сел нога на ногу и уставился в огонь. Он долго не отвечал, но наконец произнес, почти неохотно:

- Если мы не вернемся, Регал решит, что он победил. И попытается убить Верити или по крайней мере придумает что-нибудь, чтобы отобрать корону у своего брата. Я дал обет моему королю, Фитц, так же как и ты. Сейчас это король Шрюд. А Верити его наследник. Не думаю, что будет хорошо, если он не получит трона.

- У него есть другие слуги, гораздо полезнее меня.

- Это освобождает тебя от твоего обета?

- Ты говоришь как священник.

- Я не спорю с тобой. Я просто задал тебе вопрос. И задам еще один. От чего ты откажешься, если решишь не возвращаться в Баккип?

Теперь настал черед замолчать мне. Я действительно размышлял о моем короле и о том, в чем поклялся ему. Я думал о принце Верити - о его грубоватой сердечности и простоте обращения. Я вспомнил Чейда и его медленную улыбку, когда я наконец овладевал очередным кусочком тайны знаний; леди Пейшенс и ее горничную Лейси, Федврена и Ходд, даже повариху и миссис Хести, портниху. Было не так много людей, которым я был небезразличен, но от этого они становились для меня еще более значительными. Мне бы не хватало их всех, если бы я решил никогда больше не возвращаться в Баккип. И, словно разгоревшийся уголь, вспыхнуло во мне воспоминание о Молли. И каким-то образом я начал говорить о ней с Барричем, а он только кивал, пока я изливал ему свою горестную историю.

Когда он наконец заговорил, то сказал только, что, по слухам, "Пчелиный бальзам" закрылся, когда владевший заведением старый пьяница умер, по уши в долгах. Его дочь была вынуждена отправиться к родственникам в другой город. Он не знал точно в какой, но был уверен, что я смогу это выяснить, если захочу.