Под дубом, положив на могучие лапы огромную голову, лежал желтогривый волк, размером с годовалого теленка. Спокойная уверенность, исходящая от величественной, словно отлитой из бронзы фигуры Великого Вожака, наполнила сердце Дака.

-- Приветствую тебя, Хорт, - стараясь смягчить скрипучий голос, сказал он.

Склонив голову к плечу, волк приоткрыл один глаз.

-- Здравствуй, Дак.

-- Я принес добрые вести, Хорт.

Волк шевельнул мохнатыми ушами.

-- Слушаю тебя.

-- У реки лагерь врагов, Хорт. Их много. Привел их твой старый недруг, ненавистный Зухр.

Хорт широко, с прискуливанием, зевнул.

-- Зухр храбрый воин и мудрый командир. Это хорошие вести?

-- Слушай дальше, Хорт. Обезумев в своей ненависти, Зухр привел не войско, нет. Это сброд и накипь, пена и слизь! Молодняк! Сопляки, не знающие строя и дисциплины. У всех кожаные доспехи, стальные только у Зухра. Твои свирепые бойцы разметут их, как прошлогодние листья!

Волк подтянул под себя лапы, сел, погрыз между когтями и снова зевнул.

-- Извини, Дак, это нервное. Мне не с кем идти на битву.

Он взглянул вверх и Дак увидел, как тускл его взгляд. Всегда горящие неугасимым яростным пламенем глаза, красными угольями сверкавшие сквозь сумрак леса, приводящие в трепет и лишавшие воли, сейчас были угрюмы и печальны.

Хорт повернул голову к лесу и негромко зарычал. Оборотившись, Дак ждал, когда из подлеска бесшумно возникнут серые тени непобедимых бойцов. И они появились. Подлесок затрещал под множеством лап и на поляну выкатилась толпа забавных, взлаивающих от избытка веселья щенков. Торопясь на зов вожака, смешно и нелепо выбрасывая голенастые лапы, они толпой понеслись к одинокому дереву. Толкаясь и покусывая соседям уши, волчата сгрудились вокруг Хорта, поглядывая на него в радостном ожидании. Щенячий пушок кое-где клочьями облезал с боков, уступая место жесткому остевому волосу.