Творец бессильно откинулся на подушки.

-- Что, так серьезно, доктор?

-- Не думаю, но кое-какие анализы сделать придется. Вы пока отдохните, я поговорю с Василием Васильевичем и, полагаю, можно будет ехать, - врач поднялся с табуретки и вышел в другую комнату, плотно прикрыв за собой дверь.

Дак порхнул к другому окну, скрежетнув когтями, схватился за карниз и заглянул внутрь.

Друг Творца, сунув руки в карманы, нервно прохаживался по комнате. Увидев входящего врача, он кинулся к нему.

-- Ну что, доктор?

Врач отвел его подальше от двери и заговорил негромко и очень серьезно.

-- Василий Васильевич, боюсь, дело плохо. У вашего друга очень неприятные симптомы.

-- Так это не ангина? Не простуда?

-- Это даже не пневмония. Хотелось бы, конечно, ошибиться, но...

-- Да в чем дело то, - загорячился Василий Васильевич.

-- Ваш друг давно болеет?

-- Всю весну нездоровилось, то хуже, то лучше. Так что, пневмония?

-- Понимаете, симптомы очень похожи. Кашель, слабость, температура. Признаки заболевания можно заглушить антибиотиками, анальгетиками. То есть загнать болезнь внутрь, что и получилось. Теперь же картина сильно изменилась. Лимфоузлы сильно увеличены, наличествуют боли в суставах. Кроме того, что мне совсем уж не нравится - множество мелких кровоподтеков по всему телу.

-- И каков ваш диагноз?

-- Боюсь, что это лейкоз.

-- А по-русски?

Врач тяжело вздохнул.

-- Рак крови.

Дак ничего не понял, но Василий Васильевич сильно изменился в лице.

-- В какой стадии, - судорожно сглотнув, спросил он.

-- Необходимы анализы. Постарайтесь уговорить вашего друга поехать в больницу. И ради бога, не подавайте вида и, конечно, ничего ему не говорите. Сможете?

-- Попробую, - Василий Васильевич, сморщившись, покрутил головой, - как же так...