
Глюнов, Глюнов, Глюнов! - с упорством умалишенного доказывал Сашка треснувшему зеркалу в ванной своей однокоечной каморы в общаге, но не помогало. Те коллеги, которые снисходили до лаборанта по замене, хорошо, если запоминали имя. И написание фамилии. Но вот ударение…
Дождавшись, пока Саша Глюнов подпишет бумаги, о том, чего он не будет делать за пределами Объекта 65/113, господин Монфиев в ту первую и пока, за десять месяцев, единственную официальную встречу, сказал приблизительно следующее. Пункт 1. Мы тебе, конечно, рады. Пункт 2. У нас дармоедов нет. Пункт 3. Среди здешних аспирантов никак не может быть дармоедов, потому как см. пункт 2. Вывод: давай-ка, Сашка, работай. Как у тебя там дело с призывом в вооруженные силы?
Сашка, смущаясь, показал очки с шестью диоптриями на левом глазу (на правом было всего три) и сломанный в третьем классе, во время хоккейных дворовых тренировок, локтевой сустав. Мама в том году уезжала на два месяца ухаживать за приболевшей бабушкой, пока уговаривала капризную свекровь переехать жить к сыну и внуку, локоть успел срастись неправильно, потом, конечно, была операция…
