На вечеринках во время «дамских» танцев Анджа так и осаждали поклонницы. Его небывалая популярность основывалась на многих причинах. Прежде всего он был холост, во-вторых, в отличие от прочих инструкторов, никогда не прибегал к грубости — даже когда мотор по вине курсантки глох посреди трамвайных рельсов. Он и тогда не произносил ничего обидного, ограничиваясь словами: «Спокойно, девушка, спокойно». В-третьих, никогда не брал взяток, разве что сувениры на память после успешной сдачи экзаменов. А экзамены с первого раза сдавали даже самые нервные дамочки — потому что (в-четвертых) автоинспекция также относилась с уважением к его незапятнанной репутации и не придиралась к таким мелочам, как не выключенный вовремя указатель поворота или слишком резкое торможение. Я в свое время тоже учился у Анджа и едва не подставил под удар его доброе имя, когда во время экзамена бросил руль и стал колотить по спине сидевшего рядом инструктора, который непрерывно кашлял, чтобы тем отвлечь мое внимание от обстановки на проезжей части.

В оперативном помещении былая сонливость сменилась приятным моему журналистскому сердцу оживлением. Не желая подслушивать частные разговоры начальника уголовного розыска, сюда перебрался и ответственный дежурный по городу. Сейчас он пояснял Байбе Ратынь:

— Вот только освободится место начальника отделения, я сразу вернусь на настоящую работу, где у каждого дела есть начало и конец и где видишь результаты своих трудов. Полковник Дрейманис не возражает.

Я подумал, что наконец познакомлюсь с начальником уголовного розыска города, о котором мне доводилось слышать очень много противоречивого. Например, что он заносчив и заботится только о своем самочувствии. Что он глубоко переживает чужие беды и на этой почве нажил себе инфаркт. Что после возвращения на работу стал еще упрямей прежнего и без конца повторяет одни и те же байки о своих успехах в молодости.