В питерских управлениях и штабах этих служб уже царила суматоха, телефоны раскалились докрасна, а от дежурных сотрудников валил пар. Прочие сотрудники, вырванные из сна телефонными звонками, еще только устремлялись к своим рабочим местам, а к медузе уже неслись наряды патрульно-постовой службы. Поднимались по тревоге ОМОН и СОБР, антитеррористические отряды ФСБ и части гражданской обороны. Обгоняя друг друга, они под вой сирен мчались по ночным улицам к Парку Победы, а тревога тем временем по линиям электросвязи перекинулась из Петербурга в Москву.

- Это не воздушный шар и не экспериментальный самолет, - докладывали из Питера оперативному дежурному по министерству обороны. - Да, совершенно точно. За полтора часа объект многократно увеличился в размерах. Вблизи она похожа на живое существо, а издали - на ядерный гриб. Нет, это не взрыв, это стабильный объект. Радиации нет. Совсем нет, обычный фон. И объект больше не увеличивается.

А в Питере к медузе со всех сторон стекались машины и люди.

Мирные граждане, разбуженные сиренами, выходили посмотреть, что случилось и где горит. Из окон и с балконов близлежащих зданий можно было увидеть медузу, "зонтик" которой возвышался над всеми деревьями и домами.. Но многим было мало глазеть на медузу из окон. Они выходили на улицу и направлялись к парку, чтобы рассмотреть объект поближе, поболтать с милицией и пожарными, пообщаться с другими очевидцами и составить свое впечатление.

Версий было приблизительно четыре. Но первая - об атомном взрыве оказалась явно несостоятельной, да и сходство было очень отдаленным.

Правда, какой-то шизофреник у самого оцепления истошно вопил, что медуза это замороженный ядерный гриб, и когда он растает, в городе наступит полный абзац. На самом деле сумасшедший употреблял другое слово, но это не суть важно, поскольку его все равно никто не слушал.