Он быстро встал между дочерью и жильцом и улыбнулся:

— Приветствую вас, господин. Ваши комнаты готовы, как вы просили; там все приведено в порядок.

— Спасибо, — кивнул Ког. — Мой человек уже появился?

— Думаю, да, если только наверху в ваших комнатах не обосновался злоумышленник — он торчал там весь день вчера, да и сегодня с самого утра. Все же, думаю, это Паско там двигает мебель, чтобы вытереть пыль, а вовсе не самозванец-воришка.

Ког вежливо улыбнулся шутке.

— Срок моей аренды еще не кончился? Словно по волшебству ростовщик неизвестно откуда вытащил гроссбух и, заглянув в него, поводил по странице костлявым пальцем. Потом объявил:

— Все в порядке. Выплаченного хватит еще на три месяца.

Ког, уезжая из Ролдема почти два года назад, чтобы сохранить за собой квартиру, оставил ростовщику изрядную сумму золотом. Тогда молодой человек рассуждал так: если в течение двух лет не вернется, значит, его не будет в живых, и ростовщик сможет сдавать комнаты другим жильцам.

— Хорошо, — произнес Ког. — Тогда не стану вас больше отвлекать и пойду к себе. Я рассчитываю побыть здесь какое-то время, так что по истечении трех месяцев напомните мне, и я заплачу еще.

— Очень хорошо, господин. Девушка похлопала ресницами:

— Я рада, что вы дома, господин.

Ког ответил на явный флирт легким поклоном и подавил внезапный порыв улыбнуться. Комнаты на втором этаже можно было считать его домом не больше, чем королевский дворец. Не было у него дома — по крайней мере, с тех пор, как герцог Оласко прислал наемников уничтожить оросини. Насколько Когу было известно, из всех соплеменников выжил он один.

Молодой человек вышел из конторы. Быстро оглядевшись, он заметил человека, который по-прежнему следил за ним, и поспешно поднялся по лестнице, ведущей от входной двери в его квартиру. Он тронул свою дверь и обнаружил, что она не заперта. В квартире Кога встречал мужчина сурового вида с висящими усами и большими карими глазами.