И действительно, здоровяк охотник вошел в зал и низко поклонился Моргаузе.

- Госпожа моя, - сказал он, - на дороге показались всадники. Они уже у большого дома. Они везут паланкин, украшенный, как авалонская ладья, и с ними едет горбун с арфой и слуги в одеждах Авалона. Они будут здесь через полчаса.

"Авалон!" Тут Моргауза заметила потаенную улыбку Гвидиона и поняла, что ради этого он все и затеял. "Но он никогда не говорил, что обладает Зрением! Какой ребенок не похвастался бы таким даром, имей он его?" Но вдруг он и вправду скрывал свой дар, радуясь именно тому, что ему известны вещи, никому более не ведомые? От этой мысли Моргаузе вдруг сделалось не по себе, и на миг она почти испугалась своего воспитанника. Она поняла, что мальчик заметил это, - и отнюдь не огорчился.

Но он сказал лишь:

- Ну, разве не удачно получилось, матушка, что у нас есть медовый пирог и печеная рыба, и мы одеты в наши лучшие наряды и можем принять посланцев Авалона с подобающей пышностью?

- Да, - согласилась Моргауза, глядя на приемного сына. - И вправду, очень удачно, Гвидион.

Когда Моргейна вышла на главный двор, чтобы приветствовать гостей, ей вспомнился вдруг тот день, когда Вивиана и Талиесин приехали в отдаленный замок Тинтагель. Талиесину такие путешествия, наверное, давно уже не под силу, хотя он еще жив. Если бы он умер, она непременно об этом услыхала бы. А Вивиана больше не ездила верхом, в мужском платье и сапогах - скорости ради, - не считаясь ни с чьим мнением.

Гвидион смирно стоял рядом с королевой. Сейчас, в своей ярко-оранжевой тунике, с аккуратно зачесанными темными волосами, он был очень похож на Ланселета.

- Кто эти гости, матушка?

- Думаю, это Владычица Озера, - ответила Моргауза, - и мерлин Британии, Посланец богов.

- Ты говорила, что моя мать была жрицей на Авалоне, - сказал Гвидион. - Быть может, их появление как-то связано со мной?