Кевин тоже постарел, ссутулился и сделался скрюченным, словно старый дуб. Что ж, подумала Моргауза, это вполне умеет, но для человека, который якшается с дубами, - и почувствовала, как губы ее невольно растягиваются в усмешке.

- Добро пожаловать, мастер Арфист, то есть я хотела сказать - лорд мерлин. А как там благородный Талиесин? Он все еще пребывает среди живых?

- Он жив, - ответила Вивиана. Когда она произнесла это, из паланкина вышла еще одна женщина. - Но он стар и слаб, и ему теперь не под силу подобные путешествия.

Затем она сказала:

- Это дочь Талиесина, дитя дубрав - Ниниана. Так что она приходится тебе сводной сестрой, Моргауза.

Моргауза слегка смутилась, когда молодая женщина шагнула вперед, обняла ее и произнесла певучим голосом:

- Я рада познакомиться с моей сестрой.

Ниниана была так молода! У нее были чудесные золотистые волосы с рыжеватым отливом, голубые глаза и длинные шелковистые ресницы. Вивиана пояснила:

- С тех пор, как я постарела, Ниниана путешествует со мной. Кроме нее - и меня - на Авалоне не осталось более никого, в чьих жилах текла бы древняя королевская кровь.

Ниниана носила наряд жрицы; ее чудесные волосы были перехвачены на лбу тесьмой, которая, однако, не скрывала знака жрицы - недавно нарисованного синей краской полумесяца. Она и говорила как жрица - хорошо поставленным, исполненным силы голосом; но рядом с Вивианой девушка казалась юной и слабой.

Моргаузе стоило немалого труда вспомнить, что она тут хозяйка, а это ее гости; она чувствовала себя, словно девчонка-поваренок, оказавшаяся вдруг перед двумя жрицами и друидом. Но затем она гневно напомнила себе, что обе эти женщины - ее сводные сестры, а что касается мерлина - то он всего лишь старый горбун!

- Добро пожаловать в Лотиан и в мой замок. Это мой сын Агравейн: он правит здесь, пока Гавейн находится при дворе Артура. А это мой воспитанник, Гвидион.