— Рикки, — окликнула она его вдруг. — Постой.

Мужчина обернулся.

— А ты бы не хотел встретиться? В другом месте.

Он посмотрел на Охотницу и скептично хмыкнул.

— Там я буду выглядеть так же, — поспешно заверила его неверно истолковавшая эту ухмылку девушка.

— Возможно. Только вот я тебе вряд ли понравлюсь.

И он пошел не оглядываясь туда, куда звал амулет. Строго на север.

Перешел неглубокий овражек, по дну которого струился прохладный ручей, набрал воды во флягу, умылся. Пригладил волосы, жалея о том, что не захватил из пожиток Гвэн еще и зеркальце.

Один раз из кустов на него бросился то ли волк, то ли волкодлак, но купленные у странствующего мага амулеты не подвели, и несчастная тварь, кем бы она ни была, жалобно скуля, уползла обратно в чащобу. Догонять и убивать зверя Рик не стал. Если Гвэндолин пренебрегая здравым смыслом отправилась все же за ним, кровожадный обитатель леса остановит самоуверенную Охотницу навсегда.

Через двадцать минут пути он дошел до развилки, на которой чернела, уходя ввысь, обсидиановая стела. Расстегнул воротник и вынул из-за пазухи тоненькую цепочку с висящим на ней ключом. Прижал теплый металл к холодному камню, и на том вспыхнуло синим светом несколько замысловатых рун. Он, недолго думая, нажал на один из символов.

— Вы действительно хотите покинуть игру? — спросил мягкий женский голос.

— Да.

— Выход подтвержден.

Я сняла шлем и зажмурилась — после сумрака игрового леса яркий свет ламп болью резанул по глазам. С минуту полежала в кресле, привыкая к освещению модуля, и принялась отстегивать контактные ленты. За четыре часа спина и конечности затекли, так что, выбираясь из костюма, я кряхтела как соседка баба Вера, когда она взбирается по лестнице. Если бы было больше времени, пошла бы в массажный салон, чтобы мне размяли близкие к атрофии мышцы, но сегодня не выйдет: если не доберусь до станции в ближайшие полчаса, рискую пропустить окно. Пришлось удовлетвориться импровизированной разминкой, после которой я застонала еще сильнее.