Он указал на четверых мужчин на открытом месте.

— По-моему, это только часть отряда. Смотри туда.

На западе поднимался столб черного маслянистого дыма. Еще один заклубился чуть восточнее. В воздухе затрещали сучья сухих, промерзших деревьев. Тассер подал еще один знак, и один из его воинов бесшумно попятился и исчез в том направлении, откуда они пришли.

Рохан решил, что тот послан за подмогой. При таких обстоятельствах это было бы разумно.

Те люди, за которыми наблюдали они с Тассером, закончили вынимать из развязанных мешков смесь, которую разбрасывали по суше и по воде. У одного оказалась коробочка, в которой принято носить горящие угли. Открыв ее, он пытался зажечь от уголька ветку.

— Приготовьтесь плыть отсюда подальше изо всех сил, — сказал один из них. — Эта штука вспыхивает быстрее, чем прежний порошок. И горит не только на воде, но и на суше. Смотрите, чтобы она на вас не попала.

«Если сейчас провести быструю организованную атаку, — решил Рохан, — то мы займем выгодные позиции для сражения с остальными, когда они подойдут». Не дав солдату времени зажечь огонь, Тассер и его воины выскочили из засады и с боевым кличем набросились на незнакомцев.

— Нет, подождите…

Однако отступать было поздно. Рохан тоже вскочил и бросился вперед.

Иноземцы были застигнуты врасплох. Они остановились как вкопанные, глядя на неожиданно появившихся противников. Стремительно и умело трясинные воины убили иноземцев. Все было кончено в считанные секунды — и Рохан посмотрел на Тассера с новым уважением.

— Ты — достойный воин, — сказал он. — Я буду рад, если ты станешь моим союзником, когда начнутся серьезные бои.

Тассер кивнул, принимая похвалу, однако не выпустил из руки своего копья с роговым наконечником.

— Думаю, еще иноземцы придут. Это место проклятое, но, наверное, для боя подходит. Можно прятаться, пока не подойдут мои люди.