— Горакс настаивает, чтобы мы поскорее шли на посадку, — сказал Карадур, вглядываясь в темноту.

После бегства из Ксилара они летели весь день и пересекли границу Оттомани. Тучи над головой сгущались, начался дождь. Джориан и Карадур закутались в плащи. Но дождь расходился все сильнее и сильнее, вымочив их. На дне ванны плескалась вода.

— Неужели нам нечем вычерпать воду? — пробормотал Карадур. — Горакс жалуется на лишний вес.

— Раз ты заговорил об этом, — отозвался Джориан, — у ванны есть сток, заткнутый пробкой. Он должен быть под той веревкой.

Он пробрался в другой конец ванны и откинул в сторону моток веревки. Затычка оказалась большой пробкой, сидевшей так прочно, что сильные пальцы Джориана не могли ее вытащить. Тогда он выковырял пробку кинжалом, и вода вытекла из ванны.

Надвигалась ночь.

— Я заявляю, что силы Горакса подходят к концу, — сказал Карадур. — Он утверждает, что, если мы не позволим ему в самое ближайшее время приземлиться, он не выдержит и сбросит нас на землю.

— Прикажи ему притормозить, — ответил Джориан. — Я хорошо знаю страну, но не вижу даже своих собственных рук, не говоря уже о местности. Тут темнее, чем в брюхе у быка. По моим расчетам, мы должны через два-три часа добраться до города.

— По крайней мере не перепугаем до смерти людей внизу, — сказал Карадур. — Раз мы их не видим, то и они нас не разглядят.

Джориан усмехнулся.

— Помнишь того возчика в Ксиларе, который соскочил с телеги, бросился через поле и спрятался в стогу?

— Да. Но твоя всемогущая секретная служба прознает об этом случае и поймет, что мы направились на восток.