— Как в шахматах. У него нет коней и слонов.

— Мы всего лишь пешки.

— Так что нам делать? — спросила я, автоматически сказав «нам». Как будто мы уже были командой.

Диего задумался над моим вопросом, и я уже пожалела об этом «нам». Но потом он ответил: «Что мы можем сделать, если понятия не имеем, что происходит?»

Значит, он не возражал быть в команде, и это настолько подняло мне настроение, что я даже не могла вспомнить, когда я последний раз чувствовала подобное.

«Я думаю, нам надо держать ухо востро, быть внимательными и попытаться это выяснить».

Он кивнул и сказал: «Мы должны вспомнить все, что нам говорил Райли, все, что он делал». Он задумался, сделав паузу. «Знаешь, я раз попытался поговорить с ним об этом, но Райли велел мне заботиться о более существенных вещах — например, жажде. Тогда я конечно только об этом и мог думать. Он выслал меня на охоту, и беспокойство отступило…».

Я смотрела на него, размышляя о Райли. Оживляя в памяти воспоминания, Диего расслабил взгляд.

А я думала. Он стал первым другом в моей жизни, но я ему — нет.

Неожиданно его взгляд вновь сосредоточился на мне.

— Так чему нас научил Райли? — спросил он. Я сосредоточилась, вспоминая прошедшие месяцы.

— Ничему особенному. Только основам вампирской жизни.

Мы замолчали, задумавшись. Я в основном размышляла о том, сколь многого я не знала. И почему я не беспокоилась об этом до сих пор? Разговор с Диего как будто прояснил мой разум. Впервые за три месяца кровь была не единственной вещью, заботившей его.

Некоторое время мы молчали. Черная дыра, через которую в пещеру проникал свежий воздух, больше не была черной. Теперь она была темно-серая, с каждой секундой становясь все светлее.

Диего, заметивший мой нервный взгляд, сказал: «Не волнуйся. В солнечные дни сюда попадает немного света. Это не больно». Он пожал плечами. Я подбежала ближе к дыре в полу, куда стекала вода по мере отхода прилива.