– Замечаешь что-нибудь? – спросил он, перебирая пальцами так, что грязь стекла, оставив на ладони металлическую мелочь – гвозди, шурупы и прочее.
– Ничего особенного. Тут стояли бочки с гвоздями и тому подобным, что не горит.
– Это понятно, – нетерпеливо перебил Джедсон. – Неужели ты не видишь? У тебя ведь было много всякой латунной и медной фурнитуры, так?
– Да.
– Ну так отыщи хоть одну скобу!
Я поковырял носком ботинка в золе там, где следовало валяться бронзовым дверным ручкам, но увидел только гвозди, скреплявшие бочки. Я сориентировался по сохранившимся приметам и ковырнул еще раз. Гайки, болты, крюки – и ничего из меди или бронзы.
Джедсон следил за мной с сардоническoй усмешкой.
– Ну? – спросил я, разозлившись.
– Неужели ты не понял? Чары, никуда не денешься. На складе не осталось других металлов, кроме холодного железа!
Да, действительно, я мог бы и сам сообразить.
Он продолжал осмотр, и вскоре мы наткнулись на любопытную штуку – на мокрый слизистый след, который петлял по останкам моей собственности и кончался у сточной трубы. Казалось, туг ползал гигантский слизняк, величиной с газонокосилку.
– Ундина! – объявил Джедсон и брезгливо поморщился от запаха.
Я как– то видел фильм “Дочь водяного”, супербоевик, выпущенный “Мегапиксом”. Если верить ему, ундины очень даже аппетитны и способны соблазнить самого Эрла Кэрролла, но если они оставляют такие следы, то меня им не прельстить!
Джедсон достал носовой платок и расстелил его, чтобы сесть на бывший мешок с цементом, очень дорогим, быстро твердеющим “Гидролитом”. Восемьдесят центов прибыли с мешка, которые все теперь превратились в несокрушимые валуны.
Джедсон принялся анализировать случившееся, загибая пальцы.
– Арчи, тебе дали по зубам минимум три стихии из существующих четырех – земля, огонь и вода. Может быть, участвовал и сильф, стихийный дух воздуха, но прямых доказательств у меня нет. Сначала явились гномы и забрали все, что было у тебя добытого из земли – кроме холодного железа. За ними последовала саламандра, сжигая все, что горит, опаляя и покрывая копотью остальное. И, наконец, ундина превратила это место в болото, погубив все, чего не мог пожрать огонь – например цемент и негашеную известь. Ты застрахован?