Ее слова остановили разбойников, двинувшихся было к входной двери дома. Разбойники о чем-то посовещались друг с другом, время от времени поглядывая вверх на дыру, откуда смотрел вниз Билл. Наконец предводитель позвал Билла.

— Ладно, Коротышка! — сурово произнес он. — Спускайся вниз!

Билл мрачно рассмеялся.

— Что тут смешного? — сердито уставился на него предводитель разбойников.

Внезапно в голову Биллу пришла отчаянная мысль. Он вспомнил два факта из гипноинформации. Во-первых, сохранение своего лица — в человеческом смысле — означало очень многое для дилбиан, поскольку любой дилбианин добивался положения в обществе лишь благодаря своему уму или мускулам. Во-вторых, в разговоре с дилбианином чем больше ты оскорблений наносил собеседнику, тем скорее он терял лицо. Может быть, Биллу удалось бы выкрутиться из этой ситуации, сделав ее настолько унизительной для разбойников, что они предпочли бы уйти и оставить его в покое.

— Что смешного? Да вы сами! — ответил он. — Почему, вы думаете, я торчу здесь, вместо того чтобы просто сбежать? Чтобы посмеяться! Да я с трудом удерживаюсь от смеха, глядя, как вы все с ног сбиваетесь, пытаясь меня поймать. Зачем же мне спускаться и прекращать забаву?

Разбойники уставились на него. Предводитель нахмурился.

— Забаву? — прорычал он. — Ты хочешь сказать, что устроил всю эту беготню ради забавы?

— Ну конечно, — ответил Билл, снова для пущей убедительности рассмеявшись, — вы же не думаете, что я вас испугался, не так ли?

Они захлопали глазами.

— Что ты имеешь в виду? — прорычал предводитель. — Ты не испугался?

— Испугался? Кто? Я? — весело сказал Билл, высовываясь чуть дальше из своей дыры. — Мы, Коротышки, никого не боимся, ни двуногих, ни четвероногих. И вообще никого!