Нужно было выворачивать себе шею, чтобы из-за бетонной стены увидеть авеню Тонг-нут, шириной в тридцать метров.

- Посмотрите...

Малко посмотрел поверх его плеча.

Сначала он не заметил ничего особенного. Несколько машин быстро проехали по авеню. Моряки дремали, охраняя дверь и сонными глазами посматривая на асфальт.

Напротив посольства находился склад строительного леса. Двор склада казался пустынным, но перед небольшим штабелем дров трое мужчин, одетых в серое, окружили предмет, который из окна нельзя было различить.

- Это бонзы, - прокомментировал Цански. - Хотел бы я знать, что они затевают? Это пахнет провокацией. Они все провьетконговцы.

Он отошел от окна и, бросившись к столу, нажал на кнопку интеркома.

- Немедленно известите вьетнамскую полицию, - сказал он. - Бонзы готовят манифестацию напротив посольства.

Малко не спускал глаз с бонз. Внезапно они отодвинулись от предмета, находившегося на земле, и Малко различил человеческую фигуру, сидящую в позе логоса. Один из бонз нагнулся к поленнице и достал оттуда металлический предмет.

- Боже мой!

Малко не верил своим глазам. Бонза держал в руках канистру. Остальное произошло очень быстро. Бонза облил человека жидкостью, которая была в канистре, и быстро отошел. Другой человек чиркнул горстью спичек и бросил их на человека, сидящего на земле. На крик Малко к окну подбежал Цански и стал страшно ругаться. Трое бонз скрылись за складом.

Оледенев от ужаса, Малко смотрел на пылающий огонь, над которым стлался черный дым. Как в замедленном кино человек падал на бок, продолжая гореть... За все время он не сделал ни одного движения. Происходящее казалось нереальным...

Моряки, охраняющие вход, вскочили на ноги, сжимая свои М-16, беспомощные и потрясенные. У них были точные инструкции на случай нападения вьетконговцев, но о самоубийствах там не было ни слова.