Но сейчас она думала о другом.
Она подошла к Отто и плюнула ему в лицо за то, что он ее недостаточно любил; а потом заорала на нас и велела встать в семейный строй. Все начали толкаться - каждый хотел оказаться в самом последнем ряду. Но Мама это дело мигом прекратила. Нам с Хэнком повезло - мы оказались в самом конце последнего ряда, так что надеялись, что, может, Мама приметит кого другого раньше, чем доберется до нас... хотя и понимали, что надежды мало. Я посмотрел на Хэнка, а Хэнк на меня, и, хоть мы и были друзьями, каждый думал одно. Только ведь твердить про себя: "Он, а не я!" - мало. Мне надо было что-то придумать... и быстро!
- На тебе в Книге больше висит, чем на мне, - прошептал я Хэнку уголком рта. - На твоем месте я бы сделал ноги!
- Ма... Маме это не понравится, - шепнул он в ответ. - Если я испорчу ей праздник, она мне все равно не простит! Она меня больше не будет любить!
Я-то его понимал. В наше время, когда все пошло к черту, любовь Мамы - это все, на что может рассчитывать мальчик; так что в ответ мы должны хотя бы сделать так, чтобы Мама в свой праздник была счастлива. Но я понимал и другое. А именно, что сейчас вопрос стоит очень просто: Хэнк - или я.
- Выбежишь из Парка - и ты в порядке, - торопливо убеждал я. - Патруль редко заходит так далеко на восток; если будешь беречься бродяг, все будет как надо!
Я видел, что почти уговорил его, но он все еще беспокоился из-за Мамы. А та уже была в последнем ряду и подходила все ближе. Хэнк подергивался, а его лицо под слоем грязи посерело.
- Н-не могу... - простонал он. - Ноги не слушаются!..
Я быстро глянул на Маму. Она остановилась и как-то задумчиво смотрела на нас. Причем больше на меня, чем на Хэнка...
- Она на тебя смотрит, парень! - шепнул я. - Рви отсюда, если не хочешь медленно поджариться. Ночью дождь был, ящики еще сырые!
Мы должны были стоять "смирно". Но я, сам того не заметив, вытащил из кармана мой счастливый значок и поглаживал его. Я всегда его поглаживаю, когда нервничаю. Этот мой значок - маленькая такая золотая булавка, изображающая какой-то чудной листик. Там еще было что-то написано, но тогда я еще не знал что.