— Стена. В воздухе. Не пропускает. — Семен вернулся к костру. В глазах у него был страх.

— Сделай что-нибудь! — закричал он на экзорциста. — Я тебе золотом заплачу. Я хочу жить!

Якуб флегматично выпил еще баночку. Смерть стала рядом и улыбнулась желтыми зубами. Потом скелет достал из своих ребер оселок и стал точить косу.

— Ну, пора, — сказал Якуб, закусывая огурцом.

Он чуть отошел от костра и приподнял поросший мхом камень. Из тайника достал фаустпатрон. Положил трубу на плечо и вытащил предохранитель.

— Так еще никто пока не делал, — сказал он ошеломленному корешу. — Если получится, мы будем первые.

Костлявая дальше точила косу монотонными профессиональными движениями. Якуб прицелился. Скелет поднял глаза. Их взгляды скрестились.

— Пашла к черту, а приди еще раз, ужо я тебя, проклятая! — выкрикнул по-русски Якуб. — Ну пагади!

Он потянул за спуск. Противотанковый снаряд попал скелету в туловище. Взрывом его разнесло в щепки.

Семен потерял сознание.

Рассвет был невыносимо холодным. Старый казак открыл глаза. Костер погас. Из мглы виднелся закопченный котел. Семен подплелся к ведру и выпил кружку холодного самогона. Память потихоньку возвращалась. Он оглянулся в поисках Якуба. Экзорцист сидел под деревом и оселком точил большую ржавую косу. Увидев приятеля, улыбнулся.

— Пригодится сено косить, — ухмыльнулся он. — Вряд ли мы окончательно управились с костлявой, но прежде чем пробовать снова, она сто раз подумает.

Семен снова упал в обморок.