- Занятно. Я никогда не задумывалась, что в каждом слове есть Ника.

Девочка впервые улыбнулась, и Костя вновь поразился, до чего улыбка с ямочкой на щеке меняет ее лицо. Теперь он окончательно убедился, что перед ним та самая лесная Ника. Даже вихры цвета майского меда торчали так же, как вчера. Но зачем она притворяется? И еще заладила это дурацкое "вы". Может, она и правда чокнутая?

- Что же, выходит, я сам это выдумал?! - язвительно спросил Костя.

- Во всяком случае, никто еще не называл меня Брусникой, - ответила девочка.

- Костяникой, потому что это Костя и Ника, - буркнул Костя.

- Костя-Ника, - по слогам повторила девочка. - И правда, два имени. Но вообще-то Ника означает Никандра.

- Такого имени нет, - сказал Костя.

- Если меня так зовут - значит, есть! - отрезала Ника.

- Ну есть - так есть. Чего ты сразу злишься? И вообще перестань "выкать", а то слушать противно, - рассердился Костя.

- Я и не злюсь.

Ника немного помолчала, а потом сказала:

- Моего деда звали Никандр, и папа хотел назвать сына в его честь, а родилась я. - Она разочарованно развела руками, словно давно привыкла не оправдывать чужих надежд.

- Ну и хорошо, что родилась ты, - искренне вырвалось у Кости.

Ника изучающе поглядела на мальчишку, а потом с горечью произнесла:

- Ничего хорошего в этом нет. Лучше бы я не родилась вовсе.

В ее голосе сквозила беспредельная обреченность, которую Костя никогда не встречал в своих сверстниках. Несмотря на подростковую угловатость, она казалась слишком взрослой. В ней не было и доли той бесшабашности и озорства, что в лесу. Холодный, жесткий взгляд был настолько чужим, что Косте стало не по себе. Эта странная девчонка обескураживала внезапной сменой настроений. Костя не понимал, где она настоящая, а где притворяется. Сделав вид, что не заметил произошедшей в Нике перемены, он постарался сгладить возникшую отчужденность.