Вильма с Берниной были знакомы много лет и даже считались подругами, хотя трудно вообразить, что Бернина вообще могла с кем-то дружить. Ну а когда Бернина чувствовала запах денег, то любому приятельству наступал конец.

У Дульси отношение к Бернине было сложным, оно включало в себя страх — правда, иной природы, нежели страх перед Фредой Брэкет. Неприязнь к кошкам возникла у Бернины Сэйдж при не совсем обычных обстоятельствах; кроме того, она слишком много знала о том, какие тайны могут скрывать некоторые представители кошачьего племени. И если бы она принялась рассказывать Фреде об истории кельтов и о кошках, обладавших даром речи, иллюстрируя сказанное примерами из древней мифологии, то это могло бы подтолкнуть Фреду к новым и непредсказуемым поступкам. В ней могла бы проснуться настоящая охотница на ведьм, хотя Дульси со свойственной ей скромностью не считала себя ни ведьмой, ни ведьминой кошкой.

Но и то, кем она была, могло бы ужаснуть черствого и лишенного воображения человека.

Бернина погасила верхний свет. Лишь несколько настольных ламп продолжали озарять зал библиотеки мягким сиянием. Последние посетители направились к выходу. Вильма посмотрела на кошку. В ее взгляде ясно читалось: она не уступит Фреде и не заберет Дульси домой. Но в то же время глаза Вильмы умоляли любимицу: уйди, дай этой вредине остыть. Было понятно — Вильма не уснет, пока не удостоверится, что Дульси в безопасности.

В ответ Дульси, сидя в своем укрытии, медленно прикрыла глаза. Чтобы успокоить хозяйку, она старалась выглядеть сговорчивой.

Но уходить Дульси вовсе не собиралась. Напряженно подобравшись и подергивая хвостом от нетерпения, она наконец дождалась, что Фреда с Берниной, а затем и Вильма направились к двери.