«Странные зверьки», — подумала она. Почему их интерес вызывает у неё такое беспокойство?

— Странные зверьки, — сказала она однажды Клайду.

— То есть? В каком смысле странные?

— Что-то в них не так. Не замечал? У меня самой, правда, кошек никогда не было, только собаки, но…

— Все кошки странные, и каждая из них со своей чудинкой. В этом-то и есть их очарование.

— Наверное, ты прав. Но эти двое и та чёрно-коричневая малютка, которую вы зовете Кисулей, иногда ведут себя скорее как собаки, чем как кошки. Например, ходят за вами повсюду. И все трое смотрят так внимательно, так… не знаю. Они так глядят на людей, эта Кисуля так тебя разглядывает… Я никогда не думала, что кошки на такое способны. — Райан нахмурилась. — Неужели ни ты, ни Вильма не считаете своих кошек странными? Разве Вильма никогда не говорила, что они кажутся непохожими на других?

Клайд пожал плечами.

— Думаю, тебе просто не доводилось познакомиться с кошками поближе. Они действительно странные: смотрят пристально и все отличаются друг от друга. И непредсказуемы, — сказал он. — Собаки больше похожи одна на другую, и их проще понять.

— Ясно. — С сомнением сказала она, спрашивая себя, почему Клайд так упорно защищается.

Взглянув на себя в большое зеркало, она решительно отвергла блузку и сразу надела жакет, глубокий треугольный вырез которого позволял продемонстрировать великолепный загар. Жаль, что она не обладала пышными формами, — такой вырез обычно соблазнительно приоткрывает ложбинку на груди. Что касается загара, то он действительно был хорош. Никто не посмел бы назвать его фермерским — тот покрывает только шею и кисти рук. А костюм и колготки позволяли надёжно скрыть мелкие синяки и царапины, неизбежные при её работе.