Вор подмигнул Землялапе и нахально поцеловал Гуди:

— Ха, вот куда тебе нужно! Иди за мной, товарищ. Я тебя приведу туда раньше, чем кошка успеет тряхнуть усами.

Гуди вздрогнула:

— Лучше бы ты такого не говорил, негодник.

Но Гонф не слушал ее; он скакал впереди с малышами, которые думали, что все это просто развлечение.

— Приятное местечко, господин Гонф?

— Ничего себе. Лучше, чем то, откуда вы идете.

— А что это у вас под курткой, господин Гонф?

— Не твое дело, юная Колючка. Это тайна.

— А далеко еще идти, господин Гонф? Я устал.

— Уже недалеко, милый мой Пози. Я бы тебя понес, да больно уж ты колкий.

Гуди Колючка покачала головой и улыбнулась. Она всегда относилась к Гонфу с особой нежностью.

Хижина Сосопа была хорошо спрятана — глубоко в лесу, чтобы ее нельзя было сразу найти. Землялапа попрощался со всеми и шаром покатился обратно, к своему племени. Бен смотрел ему вслед, пока Гонф разжигал огонь. Еж с нежностью покачал головой:

— Добрый Землялапа! Он и в селении остался только из-за нас, я в этом уверен.

Когда огонь разгорелся по-настоящему. Гуди, Бен и Гонф уселись вокруг. Недалеко от очага ежата высовывали мордочки из-под одеял.

— Гонф, ты опять воровал в Котире? Что стащил на этот раз?

Вор засмеялся, заметив, как Гуди поморщилась, Он кинул малышам кусок сыра:

— Когда речь идет о Котире, товарищи, это никакое не воровство. Это называется освобождение. Ну-ка, отправьте все это себе в живот и поспите немного, все четверо.

Бен Колючка посасывал потухшую трубку и шевелил толстой веткой горящие поленья:

— Гонф, мне бы очень хотелось, чтобы ты был поосторожнее. Тех запасов, что есть, нам хватит до весны. Гуди и я никогда себе не простим, если тебя поймают, когда ты будешь тащить сыр и вино из замка этого поганого кота.