
Последний раз прижалась к его груди. Щеку что-то укололо вдруг, больно, очень больно. Она улыбнулась себе и прижалась еще сильней.
– Иди! – сказала она.
– Ты придешь на космодром?
– Конечно.
– Прощай…
– До свидания, мой хороший…
Он бережно распутал ее локон, зацепившийся за значок.
И ушел.
Она осталась одна на пороге открытых дверей.
Только в Бесконечности Космоса нет ни начала, ни конца. Но все отмерено на Земле…
5
Погасли клочья пламени на каменных плитах. Ветер развеял серо-дымчатое облако, ушедшее в зенит. Только па экранах радаров командного пункта еще подрагивало светлое пятнышко.
Потом исчезло и оно.
Техники разобрали обожженные стартовые фермы. На их месте положили стальную плиту с памятной датой, – с этого места стартовал в будущее звездолет «Поток». Ждите его, потомки!
Прошел год… другой… третий… Неутомимо мчалась по орбите Земля. Осенние ветры сдували с памятной плиты бледно-розовые бессмертники.
А космодром продолжал свою обычную работу. Улетали корабли в очередные рейсы – на Марс, на Венеру, на Луну. Люди расставались на десятки лет и встречались после долгих разлук. Много перевидел горя и радости межпланетный вокзал.
Однажды Председатель Совета Звездоплавания заглянул на командный пункт космодрома. Старый космический волк, сгорбившийся от тяжестей стартовых перегрузок, многие годы провел он в ледяных безднах Космоса, где чувство восторга жило рядом с ужасом. По-прежнему его тянуло Туда, но летать он уже не мог, – приходил на космодром встретить товарищей или проводить своих учеников в первый полет.
