После двух попыток девушка смогла произнести:

— Крита. Йонан (внешне самый молодой из мужчин), Кимок, Кайлан, — а тот, что выше всех остальных: — Урук.

Кошка приподнялась на задние лапы и требовательно вцепилась в Келси. Девушка опустила пальто, и кошка сразу занялась своим семейством, облизывая котят, словно проверяла, не случилось ли с ними что-нибудь в пути. Келси провели в ближайший из странных живых домов, в его внутреннюю часть, где за занавесом бурлил мелкими пузырьками бассейн. Дагона знаками показала, что нужно раздеться и освежиться. И начала показывать на разные предметы и произносить их названия. Келси повторяла их, стараясь справиться с произношением и интонацией.

К тому времени как она вышла из ванны и растерлась насухо квадратным куском ткани, ее словарь насчитывал около двадцати пяти слов, и она продолжала повторять их, чтобы запомнить.

Келси поела с подноса, полного фруктов, орехов и небольших лепешек, ощущая какую-то странную свободу в одежде, которую дала ей Дагона. Белье было светлозеленого цвета, а брюки походили на тесные джинсы. Сверху здесь полагалось носить длинную куртку без рукавов, зашнуровывающуюся спереди серебряными нитями и перетянутую поясом с металлическими украшениями и символами. На ногах как литые сидели мягкие полусапожки, до середины икр, удивительно хорошо подошедшие по размеру. Ей дали гребень, чтобы она привела в порядок растрепанные локоны, и все это время она продолжала учить язык.

Снаружи послышалось какое-то движение, которое не могло скрыть шуршание листвы. С разрешения Дагоны вошел высокий мужчина в кольчуге. Шлем он нес в руке, лицо у него было полное, с широким лбом. Оно сразу привлекло к себе внимание девушки. Обветренная, потемневшая кожа говорила, что человек явно почти все свое время проводит на открытом воздухе; в очень темных волосах на висках мелькали серебряные нити. У него были серые глаза, и он пристально посмотрел на Келси, словно хотел вскрыть ее голову, если бы смог, и извлечь ответы на вопросы, о которых она и не подозревает.