— Но если уж все так сложится, то человек будет предупрежден, — согласилась Саремес. И от этих слов сомнения Кулла стали еще сильнее. — Но все же Судьба неизменна, хотя у любого человека есть, пусть небольшая, свобода выбора.

— Тогда ничто не может быть заранее предопределено. Если перед человеком открываются разные дороги, никогда нельзя заранее сказать, какую он может выбрать, — возразил Кулл. — И как тогда могут быть истинными пророчества?

— У Судьбы много разных путей, Кулл, — ответила Саремес. — Я брожу по перепутьям этого мира и знаю, что ожидает путника на каждой из дорог... Однако даже боги не ведают, какую из дорог выберет человек, свернет ли он направо или налево, когда придет на распутье. Но, ступив на дорогу, он уже не может повернуть вспять.

— Тогда, во имя Валки, почему бы тебе не указать мне на опасности и преимущества каждого пути? Тогда ты помогла бы мне выбрать правильный путь? — спросил свою гостью Кулл.

— Потому что я не столь уж и всемогущая, — ответила кошка. — Боги не любят, когда смертные мешают исполнению их замыслов. Я не могу раскрыть судьбу ни одному человеку, иначе боги отнимут у меня мою силу. К тому же это может обернуться несчастьем для того, кому я хочу помочь Хотя от каждого перекрестка расходится много дорог, человек может выбрать лишь одну из них, и часто она в конце концов оказывается ничуть не лучше, чем другие... Надежда озаряет своим светочем одну из этих дорог, и человек, не задумываясь, сворачивает на нее, хоть она может оказаться хуже остальных... Все это очень сложно.

Кошка еще долго говорила, но Кулл то ли не мог понять, то ли не хотел принять ее рассуждения.

— ...Теперь, Ваше Величество, вы видите, что моя власть имеет свои границы, иначе я стала бы слишком могущественна и боги разозлились бы, не желая принять мое существование. Поэтому на меня и существ, обладающих подобным даром, наложено заклятие. Хотя мы можем читать книгу прошлого, нам разрешено кидать лишь мимолетные взгляды в будущее, спрятанное за густым туманом времени.