— Завтра у Черных Камней. Я буду ждать на восходе солнца. Возьмите с собой только то, что необходимо и что сможете унести — не более. Кто же не захочет уходить, пусть идут ко мне, — вынес решение Лесной Хозяин.
Впервые в жизни Джабару не хотелось торговаться. Странный покупатель почему-то вызвал у него чувство обреченности. Даже не взглянув на протянутые деньги, торговец антиквариатом пододвинул шкатулку к краю стола и застыл, ожидая, когда же этот подвижный европеец уйдет восвояси.
Покупатель, вежливо поблагодарив, небрежно сунул только что приобретенный сувенир в пластиковый пакет и вышел на дневной солнцепек. Почти сразу его высокая фигура затерялась среди шумной толпы туристов. Торговец вздохнул, но, к удивлению, облегчения не ощутил — камень на сердце продолжал давить, наливаясь тяжестью.
Почему шайтан дернул его выставить на обозрение именно эту старинную шкатулку, Джабар не мог понять, даже расставшись с нею. Сколько времени валялась среди других старинных поделок, и вот те на — выставил! Было бы что толковое! Таких шкатулок в Дамаске в каждой лавке по десятку. А та штука внутри — да мешочек, в который она завернута, стоит вдвое дороже! — обугленная костяная рукоятка от сабли...
Мысли торговца перепрыгнули на посетителя. Наметанный глаз сразу же определил в нем выходца из бывшего СССР. Уж очень он напоминал тех русских военных, что в свободное время шатались по торговым рядам. Вот только глаза... Они жили своей, отдельной от выражения лица, жизнью. «Колдун, — — окончательно решил для себя Джабар. — Злой колдун, и часть зла своей черной души он оставил в этой лавке». Взгляд скользнул вокруг и растерянно уперся в шкатулку, которую вроде бы только что он продал.