— Я просто хочу доказать, что вы неправы, — сказал Джордж.

— Ты еще мальчишка, — ответил Пирс. — В обличье мужчины. Чего доброго, грохнешься на пол и закатишь истерику!

— Я найду способ, — сказал Джордж, бесшумно и торопливо затягиваясь сигаретой, — уж я-то найду способ.

— Джордж, — выговорил старик, сидя за шахматной доской, — уходи-ка ты от греха подальше. Нет у меня желания доигрывать партию. Определенно, ты на солнце перегрелся. Сам не знаешь, что говоришь. Вот успокоишься, тогда и приходи. Побегай под дождем — помогает. Спокойной ночи.

— Ага, испугались, — невозмутимо усмехнулся Джордж. — Испугались, что я ее у вас украду, верно? Вы боитесь правды, боитесь, как бы я не доказал, что она вовсе не была такой, как видится сейчас. Я заставил вас пойти на попятную. Припугнул.

— Спокойной ночи, Джордж, — повторил старик бесконечно усталым голосом и не шевельнулся.

— Спокойной ночи, — откликнулся Джордж, спускаясь по ступенькам крыльца.

Засунув руки в карманы, он шел по улице с гордо поднятой головой и насвистывал какой-то мотив, прерываемый лишь ухмылкой.

— Соглашайся, Джек, что тут такого?

— Ты чокнутый, Джордж!

— Никто не узнает. Зато я успокоюсь.

— Джордж, брось ты эту затею! Бога ради! Не дури, Джордж.

— Небо чистое, ночью будет в меру прохладно и в меру тепло.

— А дело-то грязное и не в меру отвратительное.

— Растерял кураж?

— Уж на кладбище я его точно не найду, черт побери, а тем более в могиле приличного человека.

— Старики вечно заносятся, пора поставить их на место.