— Это Перис с Фаусто виноваты. Чего они не сказали, кем решили нарядиться?

— Давай дождемся их. А потом оденемся в точности, как они.

— Так им и надо, — согласилась Шэй. — Выпить хочешь?

— Пожалуй.

У Тэлли так кружилась голова, что встать не было никаких сил, поэтому Шэй велела подносу с остатками завтрака убраться и принести шампанского.

Перис и Фаусто явились, полыхая огнем.

На самом деле, они ничем не рисковали. Бенгальские огни, которыми мальчишки оснастили свои прически, горели совершенно безопасным пламенем. Фаусто то и дело хихикал — когда искорки пощипывали кожу, было щекотно. И Перис, и Фаусто надели спасательные куртки и в итоге выглядели так, будто только что спрыгнули с крыши горящего дома.

— Фантастика! — воскликнула Шэй.

— Просто восторг, — согласилась Тэлли. — Но что тут преступного?

— А ты не помнишь? — удивился Перис. — Неужели забыла, как прошлым летом прорвалась на бал и удрала с помощью куртки? Как с крыши спрыгнула? Это была самая лучшая проделка уродца за всю историю!

— Ну, ладно… А почему вы горите? — продолжала допытываться Тэлли. — Я в том смысле, что нет ничего преступного в том, чтобы спрыгнуть с дома, если он вправду горит.

Шэй так глянула на Тэлли, словно та опять ляпнула что-то несуразное.

— Не могли же мы просто напялить спасательные куртки! — сказал Фаусто. — С огнем-то гораздо круче.

— Вот-вот, — подхватил Перис, но Тэлли показалось, что он на самом деле понял ее, и ей стало грустно.

«Вот дура! И зачем было ему напоминать!» — подумала она.

Костюмы и вправду были классные.

Бенгальские огни загасили, чтобы сберечь до вечера, а Шэй велела нише в стене выдать еще две куртки.

— Эй, это нечестно! — возмутился Фаусто, но оказалось, что волновался он зря.

Стена не желала выдавать спасательные куртки в качестве маскарадных костюмов: мало ли, вдруг кто-нибудь забудет, что куртка ненастоящая, и сиганет в ней с высоты. Настоящую куртку стена произвести не могла. За любыми сложными и прочными вещами надо было обращаться в Службу снабжения, а Служба снабжения не выдаст курток, потому что на самом деле никакого пожара нет.