– Ну разумеется, мой мальчик, – кивнул Жервез. – Буду рад. И удачи вам.

– Он поморгал, сгоняя улыбку и озабоченно нахмурился вслед сбегающему с крыльца Джерри.

Дом Свена представлял собой одну, похожую на амбар залу, еле освещаемую маленькими оконцами у потолка, в которой всегда пахло дымом от горевшего в огромном очаге огня. Зала была уставлена длинными столами и скамьями для пиршеств; коллекция мечей, щитов и боевых топоров почти полностью покрывала стены. Огромные охотничьи псы блаженно храпели по углам, а на полках у стен всегда стояли блюда с едой на случай внезапного приступа голода – в общем, самая настоящая Валгалла.

Когда глаза Джерри попривыкли к полумраку, он увидел, что столы сдвинуты в сторону. Двое огромных, обнаженных, намасленных мужчин стояли, обхватив друг друга, и напряженно пыхтели, словно озвученное монументальное изваяние – Свен и Маркус. Их окружало еще человек шесть-семь – подбадривающих, подшучивающих, оживленно комментирующих поединок; кто – в одежде, кто – без. Урок греко-римской борьбы был в разгаре. Тем более странным казалось то, что Киллер стоял полностью одетый.

Тут вошедшего наконец заметили.

– Жезл! – выкрикнул кто-то. Свен кувырнулся в воздухе и с грохотом обрушился на пол; Маркус торжествующе взвыл; остальные бросились к Джерри и окружили его.

Разумеется, первым оказался Киллер, и какое-то мгновение он стоял на цыпочках, разведя руки, с сияющими глазами, готовый схватить жезл. Потом он заметил боевое одеяние Джерри и заплечный мешок – жезл предназначался не ему. Он мгновенно справился с волнением и приобрел свой обычный вид: словно его вытесали из камня те же люди, что строили Стоунхендж.

Киллер отличался широкой и массивной фигурой – из присутствующих здесь он был самым низкорослым и младшим по возрасту. Курчавая черная шевелюра обрамляла мальчишески гладкое лицо с голубой дымкой щетины и багровым шрамом на правом виске. В настоящий момент его отличали также подбитый глаз и сломанный нос. Он сложил руки, демонстрируя спокойствие – запястья, покоившиеся под заколкой плаща, были толстыми как небольшие бревна, – и сурово улыбнулся, продемонстрировав полный рот сломанных, отсутствующих и еще не выросших зубов.