– А по-моему, очень убедительно играют, - откликнулся Джеймс, трогая разбитую губу.

– Это не игра, - Каримов болезненно морщился, глядя, как бойцы вместе с кусками обивки отрывают от стен уникальную аппаратуру. - Не расслабляйтесь раньше времени. Мы с вами еще в космосе.

– Какой там в задницу космос?! - скривился Егор. - Невесомости-то нет!

– По-моему, эти их паровозы создают искусственную гравитацию.

– Сам-то понял, что сказал? Где паровозы и где гравитация?!

– Я одно знаю, - Мустафа упрямо наклонил голову. - Это настоящая станция «Мир» в настоящем космическом полете.

– Ты еще скажи, что Ленин настоящий!

– Тс-с! - Мустафа приложил палец к губам, покосившись на охранника. - В ЦУПе тоже не дураки сидят. Там группа психологов на подхвате, и сработали они гениально. С психами спорить нельзя. Если требуют Ленина - надо дать им Ленина.

– О! Это неплохо придумано! - оживился Джеймс. - Господина Яшку на Земле ждет смирный рубашка!

– А к нам на паровозе прилетят спасатели, - уныло буркнул Егор. - Чип и Дейл.

Тут Тищенко, давно поглядывавший в сторону космонавтов, не выдержал и в порыве классовой ненависти к тунеядцам всех четверых, включая часового, приставил к работам.

– Не хрен даром воздух глотать! - сказал он, вручая плоскогубцы Джеймсу Куперу. - Попрацюй-ка на Советску власть, мррда империалистическа!

Джеймса бросили на разборку кают, а Егора заставили таскать обломки к шлюзу.

– Баню тоже разбирать, что ли? - спросил Мустафа, поигрывая гаечным ключом. - Вещь в полете не лишняя. Смотрите, может, пригодится?

– Оце, што ли, баня? - Тищенко скептически оглядел кабинку со стеклянным окошком и сплюнул. - Нэ трэба. Вша у межпланетному пространстви и так дохнэ!

– Кто это вас таким словам научил? - Мустафа с видимым равнодушием принялся отвинчивать болты, крепившие баню к переборке. - «Межпланетное пространство», «Галактика», «кислородная атмосфера»…