- Вы не доверяете нашим парням?
- Я хочу, чтобы русские доверяли нам. Возникли непредвиденные осложнения на востоке. По сообщению нашего посла правительство Уль-Рааба в Исламии доживает последние дни. Если в Исламии к власти придет группировка аятоллы Сараддина, выступающая за превращение страны в теократическое государство, процесс разоружения может затянуться на неопределенно долгое время. Я не могу ждать.
- Хотите войти в историю? - усмехнулся Бакт. Саймон улыбнулся ответно.
- Может быть, генерал. Но в данном случае - увы! - причина более прозаична. У меня определенные обязательства перед деловым миром Америки.
СЕВЕРО-ЗАПАД ЮЖНОЙ АЗИИ,
18 ИЮЛЯ 2009 ГОДА, 10.30
- Вот фарисей! - Холоран сплюнул. - Бьюсь об заклад, эта сволочь искренне верит в то, что она говорит!
Он выключил приемник.
- Его песенка спета! Аятолла с него сдерет шкуру на седло для своего жеребца!
Посол грузно плюхнулся в кресло, взял в руки микрофон.
- Как там с архивами, Мартин?
- Все нормально, - доложили по селектору, - бросаем в огонь последнюю пачку. Горит наша дипломатия!
- Хорошо горит? - ухмыльнулся Холоран. - А что видно у соседей?
Рядом с американским посольством находилось советское. Здания прилегали друг к другу, образуя угольник, в котором располагался разделенный стеной парк.
- То же, что и у нас, - сообщил Мартин. - Столб дыма выше статуи Свободы. Думаю, что им есть о чем заботиться. Исламские всадники любят серп и молот так же, как звездно-полосатый флаг!
- Заканчивайте, Мартин! - приказал посол. - Я загляну к Лебедеву. Мы теперь на равных, а? Кстати, ты видел Джея?
Джей был его сыном. Жена Холорана уже с месяц находилась в Штатах, и посол жалел, что не отправил с ней сына. В смутное время это было бы самым правильным решением. Исламская революция началась неожиданно, и страна оказалась под знаменем Пророка в течение нескольких дней. Разумеется, во всех посольствах знали о готовящемся путче аятоллы, но командный состав правительственной армии убежденно заявлял, что силы аятоллы незначительны и готовящийся переворот обречен.