Тихое утро не предвещало, казалось, ни чего плохого, но что-то тревожило майора. Проверенное в боях чутье подсказывало об опасности. Он пристально всматривался в этот пустынный берег, тонущий в клочьях тумана, где за каждым валуном могла, таится смерть.

В десантном отсеке все были готовы, солдаты явно засиделись и в толпе слышались недовольные перешептывания. Наконец у откидного люка замигала красная сигнальная лампа, донесся рев механизмов поднимающих катер на воздушную подушку. Все ощутили резкое торможение и в тот же миг люк плавно откинулся, открывая выход на пляж. Десантники стремительно стали располагаться по пляжу на ходу перестраиваясь боевым порядком. Майор закрыл глаза и, перекрестившись, выпрыгнул вслед за последним солдатом, он ощутил под ногой гальку пляжа. Атака началась.

***

Директор Зольд уже час в исступлении мерил шагами кабинет, ожидая доклада. Минуты тянулись неимоверно долго складываясь в вечность и ему неимоверно хотелось завыть от тоски среди всей окружающей обстановки.

С момента последнего доклада прошел целый час. Возможно, самый ответственный час, час в который должно было, решится все. Еще с вечера Зольд продумал план своих действий на случай провала операции, но он разрабатывал этот план скорее машинально, нежели всерьез веря в реальность подобного исхода. Все гарантировало безусловную победу, быструю и легкую. Однако Зольд помнил с кем имеет дело. Вспомнилась беседа с президентом, в тот день тот был явно не в духе. Накануне провалилась его международная миссия в одну из конфликтных зон, а к концу дня, когда он вернулся в страну произошли события повлекшие за собой сегодняшнюю операцию. Президент стоял у окна и, выслушав доклад до конца неожиданно для Зольда заорал.

-Я сотру эту сволочь в порошок, я уничтожу это племя уродов всех до одного. Они возомнили себя черт знает кем.